.webp)
Конституционный Суд Российской Федерации 12 марта 2026 года вынес Постановление № 13‑П, которым дал развернутое конституционно‑правовое толкование положениям абзацев первого и второго пункта 1 статьи 1362 Гражданского кодекса, регламентирующим выдачу принудительной лицензии на изобретение в случае его неиспользования либо недостаточного использования в течение четырёх лет со дня выдачи патента, если это приводит к недостаточному предложению товаров на рынке. Поводом для проверки этих норм стал конкретный судебный спор между правообладателем оригинального лекарственного препарата и дистрибьютором его дженерика.
Дженерик против оригинала
В центре дела оказался препарат «Трикафта», производимый американской фармацевтической компанией «Вертекс Фармасьютикалз Инкорпорейтед», патенты которой действуют на территории России, и его официальный дистрибьютор в стране — АО «Санофи Россия». С другой стороны выступало ООО «Медицинская исследовательская компания «МИК», представляющее интересы аргентинского производителя «Тютор С.А.С.И.Ф.И.А.», который выпускает препарат «Трилекса», являющийся эквивалентом (дженериком) «Трикафты». Оба этих лекарства признаны наиболее эффективными на сегодняшний день средствами лечения муковисцидоза — редкого орфанного заболевания, требующего пожизненной терапии. По данным федерального регистра на 24 ноября 2025 года, в России насчитывалось 4 846 пациентов с этим диагнозом. Разница в стоимости между препаратами была существенной: одна упаковка «Трикафты» стоила около 20 тысяч долларов США, при том что годовую потребность на одного пациента составляла 13 упаковок, тогда как «Трилекса» предлагалась по цене примерно 40 процентов от этой суммы. Министерство здравоохранения России произвело расчёты, согласно которым закупка дженерика по потребностям 2025 года обошлась бы бюджету в 16,5 миллиарда рублей, тогда как приобретение оригинального препарата потребовало бы 28,8 миллиарда рублей.
ООО «МИК» обратилось к компании «Вертекс» с предложением заключить лицензионный договор на использование её изобретений, но не получило согласия патентообладателя. После этого дистрибьютор аргентинского аналога подал иск в суд с требованием предоставить принудительную лицензию, ссылаясь на недостаточное использование изобретений патентообладателем и на существующий риск прекращения поставок «Трикафты» в условиях действующего санкционного режима. Суд первой инстанции удовлетворил эти требования, после чего жалобы подали как сама компания «Вертекс», так и АО «Санофи Россия», являющееся единственным официальным дистрибьютором оригинального препарата. В рамках конституционного судопроизводства производство по абзацам третьему и четвёртому той же статьи, касающимся прекращения лицензии и технологий полупроводников, было прекращено, поскольку эти положения в рассматриваемом деле не применялись.
Здоровье граждан — превыше всего
Конституционный Суд признал оспариваемые нормы не противоречащими Конституции, однако сопроводил это решение развёрнутым конституционно‑правовым истолкованием их применения. Суд подчеркнул, что принудительное лицензирование представляет собой исключительную и вынужденную меру, которая не подлежит широкому применению без достаточных и надлежащим образом установленных судом оснований. Такая мера не должна препятствовать нормальному функционированию системы охраны интеллектуальных прав, включая права иностранных правообладателей, а также доступу на российский рынок качественных инновационных товаров и не должна создавать репутационные риски для российской юрисдикции.
Важное внимание Суд уделил вопросам доказывания в подобных спорах. Исходя из принципа состязательности, каждая сторона обязана доказывать те обстоятельства, в установлении которых она заинтересована. При этом сторону нельзя принуждать к раскрытию коммерческой, промышленной или иной охраняемой законом тайны, однако недопустима и процессуальная недобросовестность, когда участник процесса, ссылаясь на закрытость информации, пытается ограничить суд в исследовании фактических обстоятельств дела. Суд также указал на некорректность механического подхода к доказыванию дефицита, при котором недостаточность использования изобретения выводят исключительно из арифметического сравнения числа зарегистрированных больных с объёмом поставок, без анализа реальной потребности рынка и установления причинно‑следственной связи между этими показателями.
В качестве обстоятельств, которые могут подтверждать недостаточное использование патента, Конституционный Суд назвал достоверно установленные злоупотребления патентными правами, в том числе действия патентообладателя за пределами России, направленные на сохранение доминирующего положения и недобросовестное предотвращение появления на российском рынке аналогов. К таким основаниям отнесены также отказ патентообладателя или его дистрибьютора от поставок, систематическое уклонение от участия в торгах в тех случаях, когда закупки являются единственным каналом поставок. Особо Суд отметил, что в сфере охраны жизни и здоровья граждан основанием для принудительной лицензии может стать и готовность патентообладателя поставлять товар исключительно по чрезвычайно высоким ценам, существенно превышающим цену доступного аналога, равно как и иные формы неконкурентного поведения, факты которого установлены и представлены по запросу суда антимонопольным органом. В подобных обстоятельствах поведение патентообладателя, формально не обладающее признаками недобросовестного, фактически приобретает свойства такового.
Объём предоставляемой принудительной лицензии определяется реальной потребностью российского рынка, при этом суд обязан учитывать возможности лицензиата обеспечить необходимое качество продукции, а для лекарственных препаратов — их терапевтическую эффективность и безопасность. Условия и суммарный размер платежей за использование патента устанавливаются судом исходя из рыночных условий, причём при расчёте могут приниматься во внимание затраты патентообладателя на разработку молекулы действующего вещества и проведение клинических испытаний. При этом сам патентообладатель продолжает использовать своё изобретение без каких‑либо ограничений и дискриминации. Суд также подчеркнул, что по мере насыщения рынка и при готовности патентообладателя поставлять продукцию в достаточном объёме по разумной цене действие принудительной лицензии подлежит отмене.
На что это может повлиять
Касательно судьбы конкретных судебных актов по делу заявителей Конституционный Суд указал, что они пересмотру не подлежат, поскольку у компании «Вертекс» имелась возможность добиваться прекращения лицензии, однако, предъявив соответствующий иск, она впоследствии от него отказалась. При этом закон не препятствует патентообладателю обратиться с аналогичным требованием в будущем. Выработанный Конституционным Судом подход, с учётом особенностей соответствующих отраслей, применим и к принудительным лицензиям в иных сферах деятельности, что придаёт данному Постановлению более широкое значение, выходящее за рамки исключительно фармсектора.